Специфика управления счастьем сотрудников в России | блог Новая Эпоха
Коммуникации

Россия для грустных?

Почему западная концепция счастья сотрудников не приживается в компаниях

6 мин
489
Обложка для статьи Россия для грустных?
Сегодня в корпорациях стала, можно сказать, хайповой тема счастья сотрудников. Причем работа с ней воспроизводится по западным лекалам, то есть по уже наработанным стандартам иностранных коллег.

На мой взгляд, в России к вопросу «счастья» бессмысленно подходить инструментально, локализуя зарубежные практики. Помню, мой коллега, на тот момент HRD компании «Российские коммунальные системы» – Денис Машков – назвал подразделение HR «Департаментом счастья сотрудников». Реакция была, как в истории со ВкусВиллом: всеобщее недовольство. Сменившееся на ликование, когда эту табличку торжественно снесли.

Согласно недавнему опросу Gallup International и «Ромир», наша страна оказалась в пятерке самых несчастных стран мира, уступив Ираку и Афганистану, у которых как-то больше объективных поводов для негативных переживаний1. При этом другие исследования2 показывают, что мешают счастью одни и те же факторы повсеместно:

Главные проблемы благополучия сотрудников
Главные проблемы благополучия сотрудников
Складывается впечатление, что в России счастья совсем не ждут и даже где-то сопротивляются ему. Вице-президент Gallup International Андрей Милехин объяснил это нашей склонностью сравнивать себя не с соседями, а с экономически развитыми странами. Но, может быть, причина глубже?

Стремиться к счастью... выгодно

Феномен коллективного и индивидуального счастья не имеет в России целостную конгруэнтную трактовку. Отчасти понятие является культурно табуированным в бизнес-сегменте.

Надо признать необходимость вдумчивого исследования национальных образов счастья и реставрации русского культурного кода по данной теме и в то же время хотя бы в некоторой мере отстраниться от мировой практики взаимодействия с этим понятием.

В Европе и США классическая протестантская этика, объединившаяся с духом 1960-х, сформировала культуру, основанную на бесконечном стремлении к совершенству в ущерб личным желаниям. Навязанное представление об опосредованном счастье и стремление к нему через максимизацию результатов экономической и социальной жизни более-менее складно идеологически (хоть и порочно по сути). 

В американском базовом языке слово «счастье» имеет общий и прикладной смысл, и потому используется в повседневной жизни, а слово «счастливый» вообще является одним из наиболее часто используемых слов в США.

По словам основательницы Happiest Places To Work Сильвии Гарсии, счастье лишь на 10% зависит от случая и на 50% от среды, соответственно, на него можно и нужно влиять.Она уверена3, что работа над индексом счастья сотрудников обеспечивает от 10% до 37% прироста к продажам, от 10% – к удовлетворенности клиентов и вдвое сокращает текучку кадров. Другими словами, стремиться к всеобщему счастью экономически выгодно. Следовательно, счастьем нужно управлять.

Неудивительно, что тема счастья сейчас начинает фигурировать как бизнес-показатель, и человекоцентричный подход не кажется эзотерическим.

Счастье в России

В России же большую часть содержания «счастья» занимает «успех» и «удача». Изначально понятие счастья у славянских народов подразумевало хорошую судьбу и везение, которые не зависят напрямую от индивида, а подчинены судьбе.

Само же счастье не соотносится с повседневной жизнью, а описывается как полное духовное удовлетворение человека – труднодостижимое и эпизодичное. Счастье приходит, как правило, случайно, и его не удастся удержать, «поймать» и испытывать постоянно. Состояние счастья может в любой момент смениться состоянием несчастья. Это не деятельное счастье, которое мы встречаем в протестантской этике, а трансцендентное – которое постоянно манит и постоянно ускользает.

Четко прослеживается мысль о том, что для достижения счастья иногда требуется прохождение периода несчастья, трудностей и страданий. Состояние счастья не дается всем подряд, и его нужно непременно заслужить, прилагая неясные усилия . Более того, иногда счастье бывает обманчивым и вводит человека в заблуждение, что может привести его к трагичному исходу.

В славянских языках слово «счастье», в первую очередь, описывает именно глубинные, наряду с катарсисом, а отнюдь не повседневные состояния блаженства. Это в некотором роде отражает восприятие счастья как сакрального, независящего от материальных благ, состояния.

Более сложное отношение к счастью можно объяснить и влиянием этики православного христианства, которое описывает путь достижения единения с Богом (состояние высшего счастья) через самоограничение, страдание, очищение и покаяние.

В пословицах можно увидеть и отражение идеи о том, что счастье не достигается путем получения экономических благ или, по крайней мере, требует и других условий: «Счастья на деньги не купишь» или «Счастье дороже богатства». 

Резюме

Таким образом, набирающая сейчас обороты тенденция интегрировать «счастье» в бизнес-деятельность как показатель, осложняется ментальным противопоставлением этого понятия капитализму в принципе. И акцентуация в российской бизнес-среде, к сожалению, имеет все предпосылки для превращения в очередной высокобюджетный «карго-культ».


1Динамика индекса счастья в России и в мире// Ромир. 2021. Декабрь 28.

2Working Well. Aon’s 2021 Global Wellbeing Survey. 

3Interview with Silvia Garcia – CEO of Happiest Places to Work // HR Revolution Middle-East Magazine. June 17, 2019.